– И куда… мы пойдем?

Я внезапно осознала, что пальто у него дорогое, кашемировое, а на запястье золотом блестят часы «Радо», которым цена несколько тысяч пресловутых «у.е.». Пахло от Эрика тоже чем-то дорогим. Вот вам и бомж-алкоголик…

– Помоги мне добраться домой, – тихо сказал он, – сегодня, похоже, особенный вечер… иначе и не скажешь.

Я тихо вздохнула. Похоже было на то, что этой ночью мне и вовсе не добраться до любимого дивана, а шоколадка так и останется лежать в холодильнике.

Такси, желтая с черными шашечками «Волга», приехала минут через десять. Пока я кое-как утрамбовывала Эрика на переднем сиденье, дородный и лысый таксист усердно помогал советами вроде «как бы всем разместиться, но не перемазать кровью салон».

А моему новому знакомому было плохо. Настолько, что он то и дело начинал соскальзывать в пропасть беспамятства, взгляд становился мутным, бессмысленным. Приходилось его трясти, тормошить, заглядывать в лицо – «Эрик, пожалуйста, давай доедем до твоего дома. Или, наконец, вызовем неотложку. Только оставайся с нами, не уходи».

Наконец мне удалось пристегнуть его, правда, теперь уже и рукав моей куртки оказался в липких бурых пятнах.

– Кресла мне измажете, – бурчал таксист, поблескивая толстенной золотой цепью на поросячьей шее, – платить-то есть чем?

Эрик шевельнулся, полез рукой в карман. В тусклом свете я увидела зелень купюры в сто евро, и новенькая хрустящая бумажка тут же перекочевала в ловкие пальцы водителя.

– Салон почистишь, – добавил шепотом Эрик.

– Куда едем-то? – казалось, таксист изрядно подобрел.

Эрик назвал адрес на окраине города, я забралась на заднее сиденье, и поехали. Благо, наш городок был по-прежнему невелик, и пересечь его от края до края можно было минут этак за сорок.

– Эк тебя, – таксист прочистил горло, готовясь к длительному монологу, – болен чем, что ли?

«Волгу» тряхнуло на ухабе, голова Эрика беспомощно мотнулась, и мне показалось, что он снова «уходит».